Гостиничные услуги дореволюционного Киева

В дореволюционном Киеве гостиничные услуги были динамично развивающейся сферой бизнеса. Местные отели соперничали по уровню цен и сервиса с лучшими заведениями Европы.

Считается, что первая в мире гостиница в ее современном понимании была основана в Лондоне в 1774 году. Ну а в Киеве были свои давние обычаи гостеприимства, неотделимые от особенностей истории города. Пионерами этого бизнеса стали предприимчивые монахи, которые долгое время были наиболее крупными игроками на этом рынке.

Приют для странников

Кто не слышал крылатого выражения «Язык до Киева доведет»! Как известно, эта фраза принадлежит странствующим богомольцам, из разных краев шедшим поклониться святыням «матери городов русских». Тысячи паломников стремились в древние обители такие, как Киево-Печерская лавра и Михайловский Златоверхий монастырь, где хранились знаменитые чудотворные иконы, нетленные мощи и другие реликвии.

Людей, прибывавших на богомолье, нужно было где-то размещать. Не удивительно, что первые киевские заведения для проживания гостей возникли именно при монастырях. Для странников отводились так называемые гостиные подворья со странноприимными домами. Бедным паломникам здесь предоставляли кров и пищу за символическую плату, а то и даром; в возмещение затрат им поручали различные работы в монастырском хозяйстве. Состоятельные богомольцы могли здесь же на подворье найти более удобную и чистую гостиницу с платными номерами, обслуживающий персонал которой состоял из монастырских послушников.

До нынешнего времени, к примеру, сохранились все странноприимные и гостиничные строения Михайловского Златоверхого монастыря, возводившиеся на протяжении полувека, с 1850-х до 1900-х годов. Сегодня в корпусах, расположенных на Трехсвятительской, 4, находятся различные учреждения: от БТИ до гуманитарных институтов Национальной академии наук. В Михайловской гостинице когда-то останавливалась украинская писательница Марко Вовчок. А если верить воспоминаниям ювелира Арона Симановича, здесь же, на Михайловском подворье, впервые свел знакомство с царской родней будущий «злой гений» Российской монархии Григорий Распутин.

Еще более крупный странноприимный комплекс принадлежал Лавре. Ее обширное гостиное подворье насчитывало 14 капитальных корпусов — жилые помещения, кухню, столовую, бесплатную больницу и контору, где богомольцы могли получить любые справки.

К слову, Киево-Печерская лавра владела и одной из первых светских гостиниц города. В центре Печерска ей принадлежала усадьба по улице Московской, 30. В 1803-1805 годах здесь по проекту архитектора Андрея Меленского был возведен двухэтажный дом, в котором арендаторы устроили «Зеленую гостиницу» (или «Зеленый трактир с нумерами»). Название заведения, вероятно, связано с зеленым цветом крыши и зелеными кафельными печами. Эта гостиница в первой половине ХІХ века считалась лучшей в городе. В ней проживали многие выдающиеся личности: русский дипломат и драматург Александр Грибоедов, украинский литератор Евгений Гребинка, офицеры-декабристы. Воспоминания об этой гостинице остались и на страницах художественной литературы, — Тарас Шевченко, посетив «Зеленый трактир», упомянул его в повести «Близнецы». Правда, здание гостиницы разобрали еще в конце позапрошлого века.

Вообще киевские отели первой трети ХІХ века можно пересчитать по пальцам одной руки. Согласно архивным данным, на 1824 год в городе было 10 трактиров, 2 ресторации, 1 харчевня, 1 кофейня и лишь две гостиницы: на Печерске («Зеленая гостиница») и на Подоле.

На европейском уровне

В середине позапрошлого века древний Киев решительно шагнул за свои исконные рубежи. Центр города постепенно переместился на Крещатик. Именно в начале Крещатика в 1851 году архитектор Александр Беретти возвел по заказу зажиточной украинской семьи Гудим-Левковичей едва ли не первую киевскую гостиницу европейского образца. Ей и название дали соответствующее: «Европейская». В течение продолжительного времени учреждением руководил опытный француз Жермен Бретон. В этом отеле останавливались поэт Федор Тютчев, ученый Илья Мечников, деятель украинской культуры Николай Костомаров. При «Европейской» был устроен ресторан, который вплоть до начала ХХ века считался лучшим в городе. Жаль, что еще довольно крепкий трехэтажный корпус старинной гостиницы был снесен в 1970-х годах. Вместо него соорудили здание киевского филиала музея Ленина (теперь Украинский дом).

На Крещатике открывались и другие респектабельные гостиничные заведения. Скажем, «Гранд-Отель» занимал здание на Крещатике, 22 (в 1870-х годах специально для гостиницы был надстроен третий этаж; дом не сохранился). Здесь останавливались настоящие VIP-гости того времени. Среди них были испанский гранд-герцог Монпансье и бразильский император дон Педро II (этот любознательный монарх, путешествуя по городам Европы, в 1876 году побывал в Киеве инкогнито, под именем графа д’Алькантара). Дальше на центральной магистрали можно было увидеть вывески гостиниц «Франция», «Англия», «Кане» (по фамилии собственника Жана-Батиста Кане), «Бель-Вю» («Прекрасный вид»), «Национальная». Не меньше было их и на соседних улицах.

Ну а лучшим в Киеве в конце XIX века считался отель «Континенталь» — образец нарядной застройки, возникшей вблизи Крещатика на месте бывшей усадьбы профессора медицины Федора Меринга. Четырехэтажный корпус на Николаевской, 5 (теперь улица Архитектора Городецкого), со всей обстановкой обошедшийся почти в миллион рублей, выстроили архитекторы Георгий Шлейфер, Эдуард Брадтман и Владислав Городецкий. Реклама заверяла: «Гостиница «Континенталь» по расположению помещений, удобствам и красоте отделки соперничает с лучшими гостиницами Европы!

Внутри здания сто номеров, большой ресторанный зал, зимний сад, роскошные кабинеты, бильярдные, общий салон в два света с четырьмя читальнями, два электрических лифта — пассажирский и багажный, кладовые для хранения багажа и драгоценных вещей, ванные комнаты и летний сад со светящимся фонтаном. В гостинице устроено паровое отопление, вентиляция, электрическое освещение и по всему зданию проведена горячая вода». В начале ХХ века Континенталь принадлежал специально организованному акционерному обществу, его управляющим был известный специалист Шарль Лянчиа. Здесь останавливались знаменитости: певцы Федор Шаляпин и Леонид Собинов, артисты Вера Комиссаржевская и Всеволод Мейерхольд, поэты Константин Бальмонт и Осип Мандельштам, кинозвезда Макс Линдер, шахматист Михаил Чигорин... В 1898 году четыре апартамента Континенталя занимал сам Сеид-Абдул-Ахат-хан, эмир Бухарский. Увы, от былой роскоши мало что осталось: в 1941-м гостиницу вместе с разместившимся в ней нацистским штабом взорвали советские диверсанты. Сейчас в здании, восстановленном после войны, действует Музыкальная академия.

С чего начинается гостиница

Гостиничное дело в Киеве неуклонно расширялось. К 1912 году в справочниках города можно было найти сведения о 95 гостиницах, не считая полусотни адресов меблированных комнат — дешевых наемных помещений для местных и приезжих граждан скудного достатка.

Гостиничная отрасль привлекала высокой рентабельностью. И в самом деле, диапазон цен в приличных отелях колебался от 75 копеек до 15 рублей в сутки. Иными словами, даже скромный однокомнатный номерок мог принести до 300 рублей в год, — в доходных домах за те же деньги сдавалась целая трехкомнатная квартира. Но только нужно было, чтобы номер все время кто-то занимал. И ради этого содержатели гостиниц старались изо всех сил.

Говорят, что театр начинается с вешалки. А киевские гостиницы начинались с вокзала. Лучшие отели города учитывали расписание железных дорог и присылали к прибытию поездов специальные экипажи. Это, естественно, привлекало респектабельных гостей.

Если же приезжий искал вариант поскромнее, ему приходилось пользоваться услугами извозчика. Но тот, в свою очередь, мог настойчиво советовать седоку, в какой гостинице остановиться. По этому поводу путеводитель по Киеву издания С. Богуславского предостерегал: «Необходимо сказать, что вообще ни в каком случае нельзя полагаться на слова извозчиков, рекомендующих ту или иную гостиницу. Они в соглашении с содержателями некоторых отелей и получают известную премию за каждого доставленного пассажира».

У многих гостиниц города были свои способы привлечения клиентов. Скажем, отель «Эрмитаж» на Фундуклеевской, 26 (теперь ул. Богдана Хмельницкого) мог похвастаться близостью к театрам. Недаром именно здесь остановились, прибывшие для участия в литературном вечере в помещении Киевской оперы, знаменитые поэты Андрей Белый и Александр Блок. Маленькая уютная гостиница «Древняя Русь» на углу улиц Владимирской и Софийской завлекала не только видом из окон на Святую Софию, но и рестораном с разнообразной кухней: одних только украинских борщей здесь было 11 видов. А в 1913 году чех Вячеслав Вондрак, надстроив трехэтажный дом на Владимирской, 36 еще тремя этажами, открыл в нем гостиницу «Прага», а на крыше разместил летний ресторан, с площадки которого открывался потрясающий вид. После этого реклама утверждала: «Тот, кто не любовался панорамой города с террасы отеля «Прага», — не видел Киева». Очевидно, на этой площадке побывал и чешский писатель Ярослав Гашек, автор знаменитого Швейка, который, сдавшись в русский плен во время мировой войны, не один месяц жил в «Праге».

Различные категории гостей города постепенно определились в своих предпочтениях. У гостиниц сложились устойчивые репутации. И даже в путеводителях писали: если вы богатый бизнесмен или знаменитый артист — милости просим в Континенталь, если иностранец — в Гранд-Отель, если помещик или провинциальный чиновник — в Европейскую или гостиницу Гладынюка на Фундуклеевской, если малоизвестный актер — в Пале-Рояль на Бассейной или Национальную, если заводской служащий — в Саксонскую по Крещатицкому переулку (теперь пер. Шевченко). А если с деньгами у вас туговато — возле вокзала или на Подоле у речного порта найдутся дешевые заведения, вот только грязноваты, да и удобства не ахти какие...

Сервис ХХ века

Стремительное развитие цивилизации накладывало свой отпечаток и на содержание гостиниц. Уровень обслуживания, считавшийся вполне приемлемым в конце XIX века, с началом нового столетия казался уже устаревшим.

В 1912 году семейство отелей Киева получило солидное пополнение. На углу Бибиковского бульвара (теперь бульвар Шевченко) и Пушкинской улицы открылась гостиница «Паласт-Отель» — крупнейшая в городе. Ее высокий, монументальный корпус вмещал сразу 150 комнат для гостей.

Вскоре после этого популярная газета «Киевская мысль» поместила обстоятельный рекламный текст. В нем содержатель Паласт-Отеля, австриец Яков Целлермайер, изложил свое кредо. Он высмеял гостиницы, обустроенные по старинке: «Небольшая комната, недостаточно проветриваемая, с окнами, выходящими в стену другого дома, плюшевая мебель, вытертый ковер, излишние одеяла, оборванные занавеси, покрытые слоем пыли, низкая и короткая кровать, большой умывальник с комично маленькой посудой для воды, как будто драгоценностью, на стенах всевозможные копии картин масляными (!) красками и, наконец, как украшение — диван сомнительного изящества, на котором очень удобно может лежать человек только с отрезанными ногами — все это должно быть навсегда устранено».

Совсем другое обслуживание обещал Целлермайер гостям его заведения, которые вправе были ждать «не отражения обманчивой роскоши, а приличной и действительной вещественности, как стулья, на которых можно было бы с удовольствием сидеть, кровать, на которой все суставы вашего тела могли бы спокойно отдыхать, воздуха, света и воды в изобилии, действительной чистоты и тех практичных удобств и нововведений, которые дала современная техника».

Среди конкретных преимуществ Паласт-Отеля были перечислены центральное отопление, электрическое освещение, телефоны, умывальники с постоянной горячей и холодной артезианской водой, ванные, пылевсасыватели, читальная и корреспондентская залы, круглосуточные подъемные машины, предоставляемые гостям автомобили и экипажи, и даже предлагаемые в бесплатное пользование бинокли для театра, зонтики во время дождя, бумага, конверты, открытые письма для корреспонденции и т. п. Вот что вкладывалось в те времена в понятие современного сервиса.

Правда, Целлермайеру не повезло: когда началась мировая война, его, как представителя вражеской страны, лишили киевского бизнеса. Но гостиница «Паласт-Отель» сохранилась, впоследствии долгое время была известна под названием «Украина», а в настоящее время в этих стенах действует пятизвездочный отель «Премьер Палас».

Бизнес по правилам

Содержание гостиничных заведений в старом Киеве было возможным только при условии выполнения соответствующих нормативов, разработанных городской управой. «Отцы города» тщательно следили за их выполнением. В случае поступления жалоб на обслуживание в гостиницах, представители городской власти вместе с чинами полиции могли проверить состояние дел на месте. Если в каком-либо отеле обнаруживали нарушения, содержатель должен был немедленно их устранить и платил изрядный штраф. В самых вопиющих случаях разрешение на открытие заведения аннулировали. О подобных примерах сообщала городская хроника — в назидание другим нарушителям.

С фискальной точки зрения, все гостиницы были торговыми предприятиями, а их содержатели платили специальный промышленный налог. Размер этого налога, введенного по всей Российской империи, зависел от класса города, в котором находилось заведение, и от разряда заведения соответственно его доходности. Киев был отнесен к городам І класса. При этом к І разряду принадлежали предприятия с годовой прибылью свыше 20 тыс. рублей, ко ІІ-му — от 5 тыс. до 20тыс. рублей, к ІІІ-му — от 1 тыс. до 5 тыс. рублей, к IV-му — ниже 1 тыс. рублей. Ставка основного промышленного налога составляла по разрядам соответственно 500, 125, 25 и 10 рублей в год; на чистую прибыль начислялся еще дополнительный налог. Ну а собственники домов, в которых находились гостиницы, платили отдельные налоги на недвижимость.

И еще несколько цифр. По данным переписи населения 1897 года, в гостинично-ресторанном сервисе Киева было занято 1310 мужчин и 594 женщины — итого 1904 киевлянина. На их родственном содержании находилось еще 1784 лица. Таким образом, эта профессия непосредственно кормила 1,25% городского населения, составлявшего тогда 247 723 человека.

Административные барьеры

Из специального постановления Киевской городской думы от 12-14 января 1899 года «О гостиницах и меблированных комнатах»:

Все помещения гостиниц и меблированных комнат, предназначенные как для общих зал, столовых и буфетов, так и для номеров, должны быть сухи, светлы и теплы и не менее четырех аршин в высоту; все они должны быть снабжены вентиляционными приспособлениями и могут быть расположены исключительно в надземных этажах, а не в подвальных. Коридоры гостиниц и меблированных комнат должны быть теплые, светлые, не менее двух аршин ширины (1 аршин равняется 0,71 м. — Авт.).

Коридоры не должны быть загромождаемы ни постельными, ни буфетными принадлежностями; они не должны служить местом хранения самоваров, сундуков, белья и проч. посторонних предметов.

Каждый этаж должен иметь теплый ватер-клозет с хорошей вентиляцией и с отделениями для мужчин и женщин.

В гостиницах и меблированных комнатах должна быть соблюдаема безукоризненная чистота и опрятность. После каждого уезжающего освободившиеся комнаты должны быть очищены и проветрены.

Содержателям гостиниц и меблированных комнат вменяется в обязанность следить за тем, чтобы прислуга была всегда трезва, опрятна, относилась предупредительно к публике и не была одержима заразными болезнями.

У входа в гостиницу всегда должен находиться дежурный. С сумерек и до полного рассвета главный вход, коридоры, лестницы, подъезд и клозеты должны быть освещаемы.

Имена лиц, живущих в гостиницах и меблированных комнатах, должны быть выставлены на доске при входе в гостиницу. Номера на таблице, против которых ничьих фамилий не обозначено, должны быть отворяемы немедленно по требованию полиции.

Грабеж средь бела дня

Едва ли не первый в истории гостиниц Киева международный скандал связан с отелем «Россия», который находился на Крещатицкой площади (теперь Майдан Незалежности) и был основан в 1830 году. Именно здесь летом 1866 г. остановился знаменитый чернокожий актер-трагик из Великобритании Айра Олдридж, гастролировавший в нашем городе. Однажды, вернувшись после спектакля в свой номер, он вдруг заметил, что из его чемодана исчез сундучок с деньгами и драгоценностями. Полиция провела тщательное расследование, но следы преступников найдены не были. В сердцах Олдридж пожаловался генерал-губернатору Александру Безаку: «В гостинице «Россия», как я слышал, неоднократно случались уже покражи, а хозяин все-таки остается при своей прислуге, из чего заключить должно, что сам хозяин в сообществе со своими служителями».





Феминизм. От яичницы на сковородке к космическому оргазму